Лекция №1 Начинаем второй раздел нашего курса

ч. 1 ... ч. 2 ч. 3 ч. 4 ч. 5 ч. 6 ... ч. 8 ч. 9

Тема 11: Внутренняя регуляция деятельности: психология воли


Когда мы открывали десятую тему, мы делали немало разных предисловий, и цель была следующая: эмоции и воля – две разных форм регуляции поведения. Если эмоции – непроизвольные, то волевая регуляция по определению произвольная.

Теперь замечу: как психология эмоций, так и воли – разнообразна по терминологии.

Эта запутанность не должна нас смущать, потому что речь продолжает идти о не[которых] поверхностных проявлениях личности и разные [люди] могут именовать разными словами

1. Определения воли и ее критерии. Общие ситуации, требующие (или нет) волевой регуляции поведения.


Вы знаете, всего лишь два слова об одной старинной философской проблеме... Мы уже обсуждали ее.

Вообще говоря, разговор о воле в философии будет всегда,... там сохранилась проблема свободы воли, и для психологов, насколько мы помним... у психологов обсуждал ее Джемс, и наверняка мы помним о том, [что существует] два решения:

1. Свободы воли нет, и тогда нет внутренней активности, и тогда прав классический бихевиоризм. В бихевиоризме, не только в классическом, слово воля отсутствует.

2. Свобода воли есть – значит, субъект активно строит свое поведение, он обладает внутренней активностью. Именно эту волевую активность Джемс связывает с развитием личности, духовного Я.


И только одно маленькое замечание. Когда говорили об этой проблеме в теме 3, мы, вслед за Джемсом, сказали: волевая активность, волевой поступок не имеет внешних детерминант.

Помните, Джемс обсуждал, можно ли доказать свободу воли? [И через некоторое время сказал:] «Я неверно ставлю вопрос... Свобода воли есть, и это [будет] первым актом моей свободной воли».

Такая философская проблематика как свобода воли Джемсом выводилась за рамки психологии, а лучше сказать – науки вообще.

И если [мы] об этом вспомнили, можно приступить уже к изложению психологических представлений о воле.

И тогда начать следует не с Джемса.

Вундт о волевом процессе


Предупреждение: Вундт – автор прошлого века. Терминология, касающаяся воли... [с тех пор] изменилась существенно... [Термины] «волевой процесс», «произвольность»,... будут встречаться в необычных контекстах.

С таким предисловием начнем.


Вундт начинает с выделения элементов сознания.

Вундт: всякое психическое явление, процесс имеет объективную и субъективную сторону. И го[ворили], когда рассказ[ывали] об эмоциях как психических явлениях...

После этого Вундт скажет – если эмоция (он называет их чувствами) продолжается во времени, то ее следует именовать – аффективный процесс.

Слово аффективный не носит здесь того содержания, [ко­то­рое имелось в виду, когда говорилось об] эмоциях.

Элемент – чувство, сложные чувства – суть аффективные процессы.
Что заметит Вундт дальше?

Скажем так: волевой процесс есть преобразованный аффективный.

Вундт скажет гораздо аккуратнее. Он скажет: если аффективный процесс с помощью какого-либо представления может быть задержан или прекращен, то этот процесс становится волевым. Управляемый аффективный, значит, волевой.
Волевой процесс имеет структуру, которую нам уже несложно разгадывать...

В волевом процессе существует объективная и субъективная сторона. Объективная – предметная, связанная с некоторым предметным представлением. Объективная сторона – мотив. Это – соответствующее предметное представление.

А субъективная сторона – сила мотива.
Мотив и его сила... Между прочим, я не могу не сделать маленькой оговорки. До сих пор слово мотив... Мы замечаем здесь вот какую разницу.

Известное нам определение мотива ограничивается предметно стороной – предмет потребности и деятельности.

А у Вундта лексикон побогаче, и некоторые психологи, например Вилюнас... Возникает вопрос: а разве сам по себе мотив, предмет, может побуждать?

Чего-то не хватает! Не хватает чувственной стороны, чувственных сторон мотива, связанных с побудительной силой. Именно чувства придают побудительные мотивы предметному представлению.

Вот такую логику должны [мы] отметить...
Вундт говорит о вариантах волевых процессов.

Вундт: сколько мотивов у волевого процесса? Если мотив один – он назовет такой процесс – импульсивный, т.е. протекающий беспрепятственно. Если всего один мотив...

И тогда... если мотивов – два и более, то волевому процессу должно что-то предшествовать. Волевому процессу должен предшествовать выбор мотива. И в этом втором варианте этот процесс требует произвольности. Со многими вытекающими отсюда последствиями... Например, здесь может требоваться осознание мотивов, требуется осознанное соотнесение; и собственно говоря волевой процесс в этом произвольном варианте и обретает свою подлинную сущность.
Итак, подытожим. Вундт о волевом процессе говорит как о зад[ержанном] аффекте, имеющем чувственную сторону – силу мотива; мотив может быть один или два и более.

Джемс о волевой регуляции


У нас осталось 5 минут. Начнем о Джемсе сегодня, а продолжим в следующий раз...

Джемс считает волю основой развития личности. Но как уже сказано, воля в ее таких ярких проявлениях... там где речь идет о свободе воли, психолог не рассматривает.


Джемс как и Вундт начинает так – напоминает азы теории – всякое действие представлено в потоке сознания. Другими словами, идея (наблюдения) Джемса просты: какие бы поступки и действия не выполняли – имеют сознательную сторону. Поток сознания – известное базовое понятие Джемса.

Правда, бывают случаи, когда осознавать собственные действия уже излишне. Например, когда канатоходец идет по канату, то ему уже не нужно отслеживать свое ставшее автоматическим движение; это излишне, а то может деавтоматизироваться.


С волевой регуляцией... проблема в том, что соответствующие представления не имеют достаточной силы.

На бытовом уровне Джемс ясен и понятен.


Волевая регуляция – знаем о необходимости что-то выполнить; в сознании представление есть, но нет силы достаточной [для] этого представления.
Наверняка кого-то заинтересует пример... Волевой поступок... мы совершаем, по крайней мере, один раз в день – когда встаем в постели. Это – необыч[айно] развернутый у Джемса пример. Когда лежишь в постели – никаких оснований чтобы встать с постели – нет. И в чем пока состоит акт волевой регуляции? Состоит в том, чтобы усилить соответствующее сознательное представление.
Ключевое слово, на котором останавливаемся сейчас – усилие. А что такое усилие сознательного представления на языке психолога сознания?

На [этом] языке – усилить – значит, поместить его в центр, обратить на него внимание, поместить в центр сознания, с периферии в центр, те совершить акт внимания. И пусть сегодня итогом будет следующее... Джемс: если воля – основа личности, то в основе познавательного развития субъекта – развитие внимания.


И тогда, для перехода в следующий раз скажем всего одно. У Джемса воля и внимание будут тесно связаны между собой. Волевое развитие относится к личности, а когда начинаем определять волю на конкретном психологическом языке – обращаемся к исследованию внимания.

6.IV.98/22

Лекция №7

Мы из Вундта запомним, пожалуй,... два главных положения.

1. Волевой процесс двояк, его предметное представление именуется мотивом а [субъектное] – побудительной силой массива.

2. [Мотивов] может быть один, а может быть два и более...


Но мы упомянули и другого автора – Джемс.

Стоит кратко повторить самое окончание, которое есть у вас в тетрадке...

Джемс – психолог сознания. Его основное понятие – поток сознания – всякое действие представлено в сознании. И тогда проблема волевой регуляции в чем состоит? Что у некоторых представлений как бы не достает силы. Само представление есть, но нет достаточной побудительной силы.

И тогда, мы чем закончили? Джемс связывает волю с усилием, но как психолог сознания прежде всего говорит о психическом усилии; хотя оно не единственное, будет и физическое усилие...

Но прежде всего – это усилие внимания.
Для Джемса воля тесно связана с вниманием. И когда говорим о суг[убо] конкретных психологических вещах... определение воли по Джемсу становится простым.

1. Это есть, прежде всего, сосредоточенность, сосредоточенность внимания на представлениях о соответствующем действии.

2. И второе – отвлечение от посторонних факторов. Воля в ее сознательном определении предстает перед нами как внимание; поэтому скажем – развитие воли и внимания тесно связаны между собой...

Сосредоточенность внимания на каком то действии, и отвлечение от посторонних факторов.


Далее попытаемся поместить в таблицу основные критерии воли и внимания.

Сразу заметим, что таблица будет такой небольшой; а по структуре – 2 на 3 – два столбца и три строки. Два столбца – это интересующие нас процессыволя и внимание. А три строки – критерии данных процессов.

В каждой из клеточек данной таблички будет [находиться]... определение воли и внимания по различным критериям.
1. Первый критерий именуется феноменальный или субъективный.

Естественно, психология сознания хочет определить свой процесс по его представленности в сознании.



Воля по субъективному критерию – это сознательное, целенаправленное, намеренное решение об определенном действии.
И рядом – определение внимания по данному критерию. Оно такое... Прежде всего стоит вспомнить, что определение внимания по данному критерию у нас уже было. По Вундту внимание есть ясное и отчетливое восприятие.

Заметим, восприятие – значит, говорим об объективной стороне психического явления. А есть и субъективное. Из субъективного – ясное и отчетливое восприятие, сопровождаемое чувством активности или деятельности.


2. Критерий второй. Второй критерий назовем исполнительным или продуктивным.

О всяком процессе имеем право судить по результатам. И здесь – по продуктам – исполнительный или продуктивный критерий.

По этому критерию воля есть продолжение действия при встрече с препятствием.

Кто-то захочет для себя дополнить... Когда человек хочет воспитать волю – намеренно организует действие так, чтобы преодолевать препятствие. Но это особый случай, так бывает не всегда.


Внимание определяется еще проще. Это – работа без ошибок. Следовательно, работа с полной концентрацией над выполняемым действием. Возможно, это идеал, но таково определение внимание по продукту.
3. Внешние телесные выражения.

Наверное, перед тем как дать определение воли по третьему критерию, хочется просто рассудить, что по внешним телесным выражениям легче определять поступок, волевое действие.

Тот, кто занимается спортом – должен совершать усилие для продолжения действия. Определение опирается в основном на эту деятельность. Пометим его так – постоянный контроль всех параметров (всех, в т.ч. телесных),... параметров выполняемого действия.
Теперь обратимся к последней нашей клеточке. Внимание по внешнему телесному выражению...

Здесь маленькое замечание. Если бы мы говорили о непроизвольном внимании, то сюда мы поместили бы все характеристики ориентировочного рефлекса. И эти характеристики во многом совпа[дают] с выражением реакций – и КГР, и сердцебиение..

Но мы говорим о внимании произвольном. И поэтому помещаем сюда хотя бы один критерий – наличие мышечного усилия. Внимание во внешнетелесном выражении есть наличие мышечного усилия.
Забегая вперед. Это мышечное усилие часто бывает связано с задержкой или прекращением естественно протекаемого процесса. Цель – задержка или прекращение естественного, нормального природного процесса.
Мы заполнили табличку по критериям воли и внимания.
Когда-то у нас, в самом начале восьмой темы было различение, различение двух подходов к индивидуальности. Один подход именовался структурным, другой – функциональным.

Для чего сделано замечание? До сих пор мы находились на позиции структурного подхода – описывали процесс по его продуктивным характеристикам – наблюдаемым, переживаемым,...

Наверное, кто-то уже заметил... – у структурного подхода, даже в словах, – структурного, а применяем к процессу. Наверняка есть ограничения. Эти ограничения налицо. Если мы теперь соберем вместе все эти критерии, то, простите, нет гарантии, что мы получим в результате волевой [процесс] или процесс внимания, куда бы ни ткнули пальцем.

1. Первое – процесс . А если мы имеем дело с человеком, а если идея фикс? Мы тогда фанатика должны считать волевым человеком, а это, простите, патология характера...

Мы можем обратиться к любой клетке. Работа без ошибок – внимание. А если действие, которое нами рассматривается – автоматизированное действие и мы имеем дело с человеком, у которого навык уже сформирован?

Там не то что нет внимания. На бытовом языке – уже нет, оно не нужно – соответствующая работа совершается автоматически. Так можно сказать о любой клеток, даже о последней.


Кто имел дело с педагогическим процессом... знает, что прямо проявляет мышечное усилие внимание и за ним нет никакого содержания. Нет гарантии, что из частей получаем целое...
То, что мы сделали, не следует сбрасывать со счетов, но лучше вслед за структурным критерием применить функциональный...

Когда говорим о психике... Структурно – по наличию нервной системы. А функционально, простите, нужно было рассуждать, говорить о том, в какой среде обитает животное, какие задачи решает, типы задач и только потом могли говорить о критериях психики.

Примерно так же следует поступить и сейчас. Следующий фонарик – ...

«Общие ситуации, в которых требуется, – давайте немножко изменим название, которое прозвучало сначала, – в которых требуется произвольная или волевая регуляция».


Общие ситуации, в которых требуется произвольная или волевая регуляция


Теперь мы на волевую... А ранее – на произвольную регуляцию – с вопроса зачем и в каких ситуациях необходимо регулировать поведение? Всякий раз будем получать определение воли, более надежное, потому что будем исходить из той ситуации, в которой действует субъект.
Начнем издалека...

С одной стороны, будем опираться на терминологию Вундта, а с другой стороны – [на] одну, книжку, которую я хотел бы упомянуть. Сначала [ее] приняли с восторгом, потом была переоценка ценностей... Книжка нашего выпускника Ф.Е.Василюка – «Пси­хо­ло­гия переживания». Оттуда берем, переиначивая немного, ту самую схему. Но только слово переживание нужно пояснить. Кто видел обложку книжки, тот знает...

Поясним слово переживание. Это – субъективная сторона психического явления. Но на обложке книги приставка пере- выделена художником специально – проживание, проживание конфликтной, кризисной ситуации.

С этими пояснениями давайте рассудим так: наши общие ситуации – это, давайте предупредим сразу, ситуации абстрактные.


Скажу откровенно. Недавно был вынужден,... гостил в Латвии у своего ближайшего приятеля... А он имеет обыкновение [так проводить занятия, что] на каждое слово лектора приходится слово его собеседника. И там было возражение, о котором хочу предупредить... Общие ситуации кто-то из нас решится понять как конкретные. Это не так. Эти ситуации имеют конкретное воплощение. Но сами они по себе абстрактны.

Когда мы будем с вами говорить:

– ...из первой ситуации я перехожу в другую...

Напарник говорил:

– Ну как, буквально, что ли, перехожу в другую?

Найдется человек, который скажет:

– ...[Ситуацию] надо понимать как конкретную.

– Простите, конкретных ситуаций – бессчетное число. Что может делать психолог? Заниматься выделением абстрактных ситуаций, которые, несомненно, имеют конкретное воплощение.

«Переход из одной» – в абстрактной форме. А если понимать буквально, выходит история жизни идеального субъекта, которых на свете не так уж много.

И с таким предисловием мы обратимся к нашему вопросу.


Определим деятельность еще раз, вслед за Рубинштейном или Пиаже, как взаимодействие субъекта с миром. И тогда... и тогда важно...

...два термина, входящие в наше определение,... попытаться сделать двумя различениями. Первый термин – субъект – какой может быть? Вспоминаем Вундта. Волевой процесс может иметь один мотив или два и более.

И тогда, пользуясь словами не только названной книжки Василюка, но и методики Келли, кот[орого] сег[одня] опишу, можно сказать так: если у субъекта всего один мотив и одна потребность, то условно этого субъекта можно назвать простой. Одна потребность – простой субъект. Хотя это, разумеется, абстракция.
Я никогда не рассказывал о том, как однажды ехал с подростками в лифте? Какое-то время назад [я ехал] в лифте с подростками с первого этажа на седьмой. Пример ёмкий, он может быть примером того, как подросток ищет новые смыслы, словообразует буквально на каждом слове...

Из этой речи я не понял почти ничего. Они давали моральную оценку своему приятелю. И интересно как называли – он такой простой, такой открытый. Слово «простой» явно имеет смысловую нагрузку. Простой – это тот человек, у которого нет выбора. Что ему выбирать?

И в этом смысле мы, наверное, очень скоро когда-то заключим – а волевой регуляции у простого не будет. Слова простой и сложный представляют два полюса нашего субъекта.
Наш сложный субъект – который имеет два или более мотивов. У него заведомо будет проблема выбора. И, кстати говоря, диагност-исследователь познавательной сферы личности Келли не только сделал понятие сложный психологическим понятием (на­при­мер, познавательная сложность). Келли мог даже посчитать познавательную сложность субъекта. Простоту поименовал низкой когнитивной сложностью.

У нас будут субъекты – простой и сложный.


Другое слово из... определения – мир; мир, в котором живет. О простом субъекте – обитает... наш субъект. Мир может быть, с одной стороны – легкий, не содержащий препятствий. А другой полюс – трудный; трудный мир, т.е. содержащий препятствия на пути реализации потребностей, достижения целей и т.д.
Мы наметили два различения. Они нам дали 4 ситуации.

Поочередно рассматриваем каждую.


1. Первая ситуация – простой субъект в легком мире – казалось бы, на первый взгляд вообще не обсуждается, потому что никакой произвольности субъекту не требуется – нет внутреннего выбора и нет препятствий для реализации этой потребности.

И все-таки, простите, мы разделим эту клетку пополам. И с самого начала скажем... [Это будет] как бы точкой отсчета для нашего разговора.

Простой субъект в легком мире – символ непроизвольности, или, как говорил Вундт, – импульсивного протекания процесса.

На самом деле, достаточно редко... непроизвольность – критерий естественности процесса. [Натуральный] процесс по определению непроизволен. В этом смысле эта точка является началом рассуждения.


Вторую половинку оставим пустой. Намекнем на то, что ее заполнит...

Когда пройдем весь этот путь, то окажется, что мы подойдем к высшим уровням развития волевой регуляции. Тогда возникают странные слова, их будет произносить Джемс: высшее развитие воли есть отказ от нее.

Что то странное есть в этих словах при первом прослушивании... Усилим намек. Из того, что говорили – сгодится... Я произвольно обучался какому-то действию, уже обучился. Теперь оно опять протекает непроизвольно.

А под конец нам захочется сказать... – пока не заполняю – отказ от воли, т.е. воля – усилие и т.д. Усилия уже не нужны. Высшее развитие воли есть как бы возвращение субъекта к простоте. Только, простите, не к той наивной простоте, которую мы можем представить у человека, вообще не знакомого с произвольностью. Это не та наивная простота. Используем термин Маслоу. У него это называется вторая наивность. (Маслоу преградил путь к пониманию вещей своей терминологией.)

Это – когда у человека есть уже четкий критерий внутреннего выбора. Он попадает в ситуацию (по сравнению с нашим нулём – почти идеал)... попадает в ситуацию, и у него уже нет проблемы принятия решений, вообще нет проблемы выбора...

Но для того, чтобы этого достичь, нужен серьезный путь...


А легкий мир? Нет препятствий? Этот человек имеет особое переживание; наверное, его стоит сразу назвать – субъективное переживание – всё могу – хотя препятствия конечно сохраняются, формально сохраняются – с достаточной легкостью (автогонщик на трассе, спортсмен во время выполнения упражнения). Могу выполнить, хотя содержит массу препятствий. Мир стал легкий после напряженной работы.
Вернемся в эту клетку, когда пройдем все клетки.
2. Простой субъект в трудном мире. Одна потребность, он ее удовлетворяет, столкнулся с препятствием. На бытовом языке: столкнулся – умей терпеть. Кому-то из наших знакомых, но уже не нас... – [будет] преодолевать, проталкиваться, биться головой о стену...

Это препятствие непреодолимо в принципе, его не может изменить субъект, субъект слишком прост!

Простите, если возникло препятствие преодолимое, то забегая вперед нужно сказать: субъект должен быть сложным – посмотреть на препятствие с одной, другой, третьей стороны. А наш субъект – простой – у него есть единственная точка зрения.

Психолог познания присоединил его сюда, хотя говорим о личности... Но когда – о принятии решения, обязательно присоединяем познавательную сферу. Пиаже называл такой феномен – эгоцентризм – возможность воспринять ситуацию лишь с собственной точки зрения.

«Эго» – я, центризм – понятно по слову – значит, центр, основание самой точки зрения. Для Пиаже центризм – эта особенность – характеристика детского мышления, ребенка в дошкольном возрасте. На смену эгоцентризму приходит – на всякий случай произнесем это слово – децентрация – это значит, две точки зрения.
Мы сказали умение терпеть. Простите, это бытовой язык. Попробуем сказать о том же самом в научной терминологии.
Французская традиция. Из знакомых нам имен – Пьер Жане – ... скажет, что здесь есть необходимость произвольной регуляции поведения.

Раз произнесено слово произвольное – различим два вида регуляции – произвольную и волевую.


Может показаться, что это интересует сугубо специалистов психологии воли. Но мы сейчас таковы, мы в одиннадцатой теме... Потребность действовать существует как натуральная.

Помните, Джемс говорил: хочу действовать, но сил нет. Это не при чем. Здесь потребность одна, дана естественно и дана субъекту натурально. Произвольная регуляция состоит в задержке естественного процесса. Произвольная регуляция – задержка естественного процесса удовлетворения потребностей.

И тогда рядом – волевая. [Ее,] заметим, не встречаем на верхнем уровне нашей таблицы. Она появляется внизу, в третьей и четвертой ситуации, потому что когда говорим – волевая регуляция – имеем дело с такими ситуациями, когда потребность не обеспечивается естественной силой. Потребность может быть оснащена средствами, но эти средства искусственны. Потребность не имеет достаточной силы.

И тогда проблема волевой регуляции [состоит] в усилении, переосмыслении, преобразовании ситуации так, чтобы потребность приобрела достаточную силу.


При произвольной регуляции потребность естественно дана... Произвольная регуляция – задержка естественного процесса.
Заметим, там где говорилось о Жане, в пятой теме, пе­ре­х[о­ди­ли] к Выготскому...

Наверное, неустранимо представление о произвольности как о некотором насилии над субъектом. А Выготский пытался... пытался сказать: дайте средства – будет произвольность. Обычное рассуждение о произвольности: совершай внутреннее усилие, внутреннее мышечное, психическое – совершай.

Среди характеристик ВПФ под номером 2 – опосредственность, под номером 3 – произвольность. Вывод: произвольность – результат освоения средств.

Этих средств гораздо больше на самом деле...

Неизбежно фанатик будет сюда попадать как антипод волевой регуляции, например, спящий на гвоздях Рахметов – более сильные средства.

Мы помним как Гиппенрейтер составила сыну линеечку средств, которые позволяли в правильной последовательности надевать на себя предметы одежды.

Произвольность – результат освоения средств.
Это была вторая клетка, а теперь – третья.

Требует особого обсуждения. На обширном, разнообразном преподавательском опыте. Стоит быть здесь особо внимательным хотя бы в начале, а [потом] дело пойдет.

Сложный субъект в легком мире. У субъекта сложный внутренний мир, а легок [мир внешний]...

Опять обратим внимание, что ситуация абстрактная. Реальный мир, заметим, внешний мир редко бывает легким. Но здесь мы намеренно запредéлим ситуацию.

И тогда – все зависит от субъекта. В чем пафос, когда проблематика волевой регуляции зависит о субъекта, от его решимости (Джемс)? Тогда волевая регуляция здесь выступает как осознанное принятие решения.
И здесь мне придется задать вам один вопрос: [если я приведу один пример, минут на 10? Как, стóит? [(Разумеется, был получен положительный ответ...)]]
Как только мы внедряемся в эту клеточку, мы попадаем в область отношений между психологией и этикой.

Мы сказали – осознанное принятие решения. Но на каком основании? Мы встречаем разные мнения. С этим[и] мнени[ями] не надо бороться. Грубо – все относительно, у каждого – свои представления о ценностях... На каком основании мы совершаем выбор?...

Надо очень аккуратно об этом (этике) говорить...
Я привожу пример их той практики, которая любима, но досконально не знакома – из практики искусства кино. Дело в том, что когда человек овладевает своей профессией... (надеюсь, у каждого будет свой собственный пример)... он понимает, что есть люди – хранители подлинных ценностей. Есть люди, которые понимают разницу... которые понимают разницу в данной области их профессиональной деятельности.

Вы помните, разные характеристики... Андрей Арсеньевич Тарковский всю свою профессиональную жизнь и очень постепенно понимал подлинную внутреннюю мотивацию киноискусства...

Перед тем как привести пример, скажу результат. Это результат, который каждый применит к собственному материалу. И получит этот результат.
Подлинные ценности, подлинные условия деятельности, когда надо совершать выбор, необходимы для ее выполнения, без них невозможно... А мнимые – излишни. Вот и весь результат.

А объяснять мне его придется примером достаточно долго.

Но вы сказали, имеет смысл приводить, и я перехожу к примеру...
Чтобы понять подлинный смысл операции, нужно соотнести операцию с мотивацией данной деятельности; внутренней, подлинной мотивацией данной деятельности.

Какая мотивация у кино, если считать его искусством?

Тарковский большую часть своей жизни писал книгу – «Запечатленное время». Внутренний мотив кино – это точно запечатлеть события. События протекают – я должен именно его точно его запечатлеть. И документальное, и игровое, в широком смысле все равно – запечатленное время.

Есть задача – запечатлеть... и нужно вспомнить, с чего кино началось... [Тогда] не было известно – искусство или нет?


Начальное кино было немым... Мотив – запечатлеть события. А средство – только изображение. Значит, события можно только изобразить.

Простите, есть события, где важную роль играет звук. Не имею возможности передать звук изображением, рано или поздно должна возникнуть...


Из лекции Тарковского по режиссуре...

Как выходит кинорежиссер из данной проблемы? Возьмем фильм Довженко «Земля» – речь идет о коллективизации[, но это нам сейчас не важно]. Событие – один человек стреляет в другого. У одного человека, у него в руке пистолет, и видим порох, дымок – единственная возможность изображения выстрела. На другом кадре второй человек падает.

Тарковский: нам чего-то не хватает, мы внутренний мотив нашей профессиональной деятельности не реализовали, события не изобразили. Звука выстрела нет, а вставить – нельзя.... А нужно! И что делает Довженко? И не только он. Это именуется – параллельный монтаж. Надо вставить в промежуток – другое событие... На лугу пасутся кони, они вскидывают голову!

Порох – дымок – вскинутые гривы лошадей – упавший человек.

Какой вывод? В немом кино необходим параллельный монтаж.
И дальше немножко чуть-чуть...

Тарковский – человек молодой, он своим же молодым студентам говорит... Он интригует... «Хотите научу вас зрителя смешить, пугать, удивлять и т.д. Вы ведь это хотите? Для этого надо делать очень простые вещи...» Но желательно нечасто, а то умрет от смеха, от удивления или страха...

На языке психологии, психологии творчества – смена контекста... В кадре мужчина курит трубку, идут кольца табачного дыма... И тогда сделайте следующее – возьмите кольцо, оставьте в кадре... и тогда деталь определенную оставьте, а весь фон заменить другим – зритель ахнет!
Мелкие примеры. Известный фильм Спилберга, неважно о чем он – «Список Шиндлера» – ... эпиграф – горит, догорает, гаснет свеча, идет прощальный дымок от погасшей свечи, превращается в клубы дыма паровозной трубы, и с него начинается действие фильма...
После этого [Тарковский] говорит:

– Все понятно, хорошо запомнили?..

– Да...

– А теперь – главное. В звуковом кино этого делать нельзя!.. Почему?.. Ответ слишком простой – а потому, что параллельный монтаж появился в немом кино, а сейчас в кино есть звук, и поэтому параллельный монтаж не нужен...



(Я очень прошу задать вопрос – а сам применял монтаж? Это – особый монтаж...)

Почему? Потому, что кино поменяет жанр. Если применять параллельный монтаж, то это будет не кино, это будет театр... Вообще, Тарковский строг как священник – даже великого Эйзенштейна считает театралом... «Иван Грозный» – на щите солнце, рядом ..., у него на щите – луна. Каждый субъект означен...


1965 г... Недавно показывали вновь по телевидению – он прекрасен как антипод, как негативный пример того, о чем мы говорим с вами сейчас... – он так и называется – «Перекличка»...

Вчера по телевидению выступ Стриженов, говорил: «Я никогда не играл космонавтов...» Забыл, [видно,] свою биографию...

Заметим: перекличка – параллельный монтаж. Режиссер взял два подвига – во время войны и современный... Был в плену, угнал танк... Играл Михалков. А другой – подвиг космонавта – играл Стриженов.

Весь фильм построен на параллельном монтаже... Возникает что-то... новое, привлекательное... Этим надо жертвовать – в кино есть звук; иначе будет цирк.

Самый конец фильма...


  • медленно катится, последние движения выполняет подбитый танк; меняется кадр – на посадочную полосу выруливает самолет – на нем возвратился из космоса удачливый космонавт...;

  • открывается люк танка – обессилевший танкист; открывается самолет – выходит космонавт;

  • фашисты фотографируют танкиста; фотокорреспонденты фотографируют космонавта...

Мы говорили – об этике надо говорить аккуратно. Подлинные условия – необходимы, мнимые... – без них можно обойтись. Можно, а значит нужно...
Я приведу пример... никак не обижая польскую психологию середины 80-х годов. Хороший пример как люди деньги зарабатывают...

В 1986 году я в составе небольшой делегации был в Польше... В Варшавском университете мы смотрели списки курсовых, дипломных работ... Эвалюация – оценивание. «Теоретические проблемы эвалюации», «Эвалюация и произвольная регуляция поведения»...

Что сделал хитрый человек? Взял термин, лишний термин, и запустил сквозь все разделы психологии. Получил в социальном смысле кусок хлеба, а в личностном – массу проблем..

Мнимые условия излишни!

Перерыв – 10 минут...
4. Итак, предположим, что наш сложный субъект имеет основания для принятия решения, принимает решения...

Четвертая ситуация – сложный субъект в трудном мире... Волевая регуляция... здесь получается еще одно... – субъект столкнулся с препятствием, но если в втором [пункте] не было возможности разрешить ситуацию, то здесь он сталкивается с ней.. [и она] оказывается в принципе разрешимой. Волевая регуляция здесь – преобразование, переосмысление конфликтных, проблемных ситуаций.

Вот здесь можно бы тоже приводить какие то примеры, обобщенные... Но так складывается тема, что лучше эти примеры приберегу до отдельного вопроса – мало одного примера, надо говорить о разных авторах...

Столкнулся с проблем ситуацией – на бытовом уровне – что стоит сделать? Субъективно трудно... условно – вернуться в ситуацию предыдущую, посмотреть, верно ли был сделан выбор? Может оказаться так, что проблемная ситуация является как бы порождением этого неверного выбора. И его преобразование, переосмысление состоит в изменении основы волевого поступка. Иногда – переоценка ценностей. На более близком психологическом языке может называться – переструктурированием мотива.


Но если решение было верным, то тогда здесь что необходимо? Рассмотреть ситуацию как конфликтную! И пока очень образно, несколько метафорично заявим только следующее: когда рассматриваем проблемную ситуацию, то вспоминаем гештальт-пси­хо­ло­гов и их метафору – фигура и фон. То, что мы видим, то, что предстает перед нами, сама проблема – это фигура. А решение проблемы находится в фоне. Это и есть преобразование.

О чем можем говорить пока лишь условно? Поменяйте местами фигуру и фон, посмотрите на ситуацию с другой стороны; посмотрите на ситуацию, рассмотрите заново..


Не преобразование, а переосмысление проблемной ситуации – это, например, переосмысление волевого действия, придания ему дополнительного смысла, использование смыслоообразующей функции мотива...

Пример – где дети-дошкольники стояли по стойке смирно, выполняли волевое действие. Действие наделили новым смыслом.

Ответ: включите деятельность в ведущую деятельность субъекта. Для дошкольника – в игровую. Придумайте, как придумала Мануйленко игру фабрика-часовой, и оно переосмыслено.

Разговор о подлинном преобразовании конфликтной ситуации у нас впереди...
[Снова 1.] Представьте себе... Чтобы заполнить эту схему, представим себе, что наш субъект может осознанно принимать решения и преобразовывать конфликтную ситуацию.

И здесь [мы] встречаем высшее развитие воли – отказ от нее. Добрынин называл этот следующий этап – высший развития произвольности и волевой регуляции – называл послепроизвольным. Он говорил, например, о послепроизвольном внимании, связанном с активностью личности. Что самое интересное – термин послепроизвольное попал в мировую психологию; попал, но не был единственным.


И, пожалуй, эту клеточку стоит усилить. В семинарском материале есть не[которые] тексты посвященные данному феномену... Я бы сказал так: гуманистический и когнитивный психологи назовут это высшее развитие волевой регуляции по-разному.

Как гуманистического – [возьмем] Маслоу. Он назовет такие переживания, от слова пик... переживание инсайта – когда человек освоил эту практику – переход на новый уровень регуляции поведения... Пик переживания – волевое усилие уже не требуется.

Другой – когнитивный психолог... Венгр по национальности, американский подданный – Михай Чиксентмихейли.

Когда я мог его упоминать? В конце шестой темы говорилось о том, как Иван Денисович Шухов заканчивает рабочий день. Несколько носилок раствора – переходит на уровень регуляции поведения – аутотеллическое состояние. Пока переведем – стихийно. Ауто – внутренний, теллос – цель; самоцельное. Состояние, когда некоторое действие выполняется ради его самого. Это называется иногда внутренней мотивацией поведения, внутренней мотивацией деятельности.

И когда говорим о том самом маленьком герое, мы упоминали характеристики аутотеллического состояния. Я напомню, надо действовать строго...

Пять характеристик этого состояния:

1. Действие выполняется с полным его сознаванием. Вот где нам вновь хочется вспомнить о Джемсе. Выполняемое действие полностью осознается.

2. Редкий момент... А раз полностью осознается, возникает вторая характеристика, связанная с контролем – текущий контроль и коррекция действия. Можно сказать и по-другому – полное осознание всех условий его выполнения.

3. Чиксентмихейли... когда он опрашивает, и результаты этих опросов попадут в ваш конспект – спортсменов, полярников во врем экспедиций, хирургов во время эпидемий... Чувство высоких возможностей, переводится на русский язык – все могу, любое препятствие может быть преодолимо, полное ощущение собственных возможностей.

4. И тогда немного необычна четвертая характеристика. Когда произносим третью – все могу... И у некоторых возникает в сознании – Я все могу... Четвертая характеристика – отказ от Я. У Джемса – отказ от воли. Здесь – утрата чувства Я, отказ от Я, отказ от того, что это выполняю именно Я.

Возникает другое чувство. – действие выполняется мною, но местоимение Я в самоопределении считается уже излишним.

5. И наконец пятая характеристика... Чиксентмихейли считал ее одной из основных – впечатление чувственного самовознаграждения. Т.е. человек, находящийся в аутотеллическом состоянии, простите, испытывает чувственное удовольствие. Действие мотивационно награждается его выполнением. На бытовом уровне нам всегда предлагается представить программиста, которого не оттащишь от компьютера – он там испытывает подлинное чувство самовознаграждения...


Мне пояснили: Как отличить хакера от опытного программиста? Казалось бы, хакер и есть суперпрограммист... Там нет, нет полного набора перечисленных свойств, он не может... он теряет чувство контроля... А опытный программист может это состояние... может это контролировать – задерживать и прекращать...
Послепроизвольное – по Добрынину, пик переживания – по Маслоу, аутотеллическое состояние – по Чиксентмихейли...
Мы не будем останавливаться на первых двух ситуациях. А третьей и, затем, четвертой посвятим следующие вопросы...
Второй вопрос, относящийся к клетке внутренний выбор, принятие решения; собственно принятие решения...

2. Познавательная сфера личности и принятие решений


Если наше обсуждение этой третьей ситуации в этом вопросе было удалено от психологии, то здесь, в основном, будем останавливаться на эмпирических, экспериментальных исследованиях.

И начнем с того, что проблематику принятия решений в основном исследуют когнитивные психологии.

С когнитивными психологами мы встречались не так часто. Знаем понятие – когнитивная карта, мы знаем также механизм социального самоопределения... механизм самокатегоризации...

Но все это были мелкие кусочки.


Для начала скажу следующее. Когнитивная психология как бы дополняет гуманистическую, если угодно – заземляет ее, ставит некоторые вершинные вопросы психологии на эмпирическую почву.

И здесь нас заинтересует прежде всего сложность познавательной сферы, когнитивной сферы – когнитивная сложность. И к этому словосочетанию подойдем постепенно.


Прежде всего расскажем о методике Келли. Она имеет несколько названий, но основной термин... я его, когда мы открывали десятую тему, не называл, приберег на сегодняшний день – там заменял словом – внутренняя категория. Есть внутренняя категория оценки других – эмоциональная оценка...

Категория – познавательный персональный конструкт


Методика Келии и понятие познавательного персонального конструкта


Является также и терапевтической. Как у всякого направления психологии XX века, есть своя терапия. Его методика была началом когнитивной психотерапии.

Как посчитать количество критериев, с помощью которых оцениваем других? Келии полагает это возможным... По шагам:

1. Заполнение репертуара социальных ролей.

Начинаем диагностировать познавательную сферу личности. Даем испыт[уемому] репертуар, набор типовых социальных ролей. В этом наборе – она сам, его родители, братья и сестры... Социальные роли расширяются – друг детства, начальник на работе, человек, которого я уважаю/не уважаю, честный счастливый...

Всего в репертуаре порядка 20-30 пунктов. Задача испытуемого – каждой роли подобрать конкретное лицо из своего личного опыта. За каждой ролью должен оказаться конкретный человек, лицо. Гарантируйте, что никто их знать не будет.

На первом этапе – заполненный репертуар социальных ролей. Это будут те люди, которых наш испытуемый будет оценивать.


2. Второй шаг – составление триад или выявление первичных критериев оценки.

Теперь, кстати... Это экспериментатор может сделать и заранее. Он делает следующее. Он берет эти роли... а для испытуемого это – конкретные люди, и из этого набора составляет некоторое количество – от 10 до 15 – триад, сочетаний по тройкам.



Для экспериментатора бывает важно, чтобы триада была посвящена какой-то общей теме. Семейная – я, отец, мать. Есть триада – говорим о нашем третьем квадрате – триада морального выбора. В эту триаду входят такие люди – счастливый человек, деловой, честный. Догадываемся, что кто-то должен оказаться лишним.

И тогда эти триады предъявляются испытуемому. И задача – объединить двух людей по любому признаку. Признаки интересуют.
Преимущество методики: критерии не предлагаются, а выявляются, это – спонтанные первичные критерии оценки. Двух людей объединил – деловой и общительный – и тогда третьего должен отделить и назвать противоположным признаком. Общительны – замкнуты, вежливы – грубы, имеют высшее образ – нет.
Добавим: триада допускает разные сочетания. Можно составить и предложить другие пары... Задача – выявить первичные критерии, бинарные оценки. Затем именно этот материал и будет подлежать обработке.
3. Третий и завершающий шаг. Составление матричных структур и выделение персональных познавательных конструктов, персональных когнитивных конструктов.

Составление матричной структуры. Для каждого испытуемого составляется теперь матрица. Сегодня техника такова, что эту работу можно поручить и программисту.


Остановимся только на начальных этапах обработки. Дан квадратик... Не схема, а иллюстрация к тому, что говорится вслух. Матричная структура. По столбцам – репертуар ролей.

А по строчкам – первичные критерии оценки. Данный критерий был использован при характеристике этих знакомых нашего испытуемого.

В результате получаем матрицу, которая состоит из ответов да/нет, из 0/1 в двоичной системе.

И что делаем далее? Эта матрица подлежит факторному анализу. Из многих характеристик данный прием позволяет выделить меньшее их количество. Первичных критериев оценки было много, а в результате факторного анализа может оказаться – собственно факторов будет меньше, и гораздо.


В чем суть на пальцах? Некоторые строчки матрицы не то чтобы полностью совпадут, а будут совпадать с определенной степенью вероятности, так что эти критерии можно объединить в один фактор. И тогда этот фактор будет назван – персональный конструкт.

Определение. Персональный конструкт – это такой критерий восприятия и оценки... (можно добавить – такой общий критерий; может, и лишнее слово) ...других людей, который имеет разные названия (в начале – общителен/замкнут, вежлив/груб), но применяется практически одинаково.


Мы следуем дальше и говорим: и таких персональных конструктов может быть несколько, и они-то и определяют первое основное свойство познавательной сферы изучаемого нами человека, познавательной сферы, если хотите, его личности.

Это свойство – когнитивная сложность.


Переходим к описанию свойств познавательной сферы.

1. Когнитивная сложность – количество персональных конструктов, не связанных между собой. Не связанных между собой – на языке статистики – не коррелирующих. Коррелировали первичные критерии оценки, составили персональный конструкт, и теперь независимы друг от друга.

Сколько их? То ли такова техника факторного анализа, но количество персональных конструктов распределяется от 3-4 до максимум шести, как объем внимания по Вундту.
Заметим... Даже если наш субъект обладает низкой когнитивной сложностью...

Есть ли субъекты с одним конструктом? Если хотя бы один конструкт есть – это конструкт эмоциональной оценки – нравится/не нравится, удовольствие/неудовольствие. И тогда любое суждение человека с низкой когнитивной сложностью – путаница.

Представим, что было очень много критериев оценки... Выяснилось – все абсолютно идентично нравится/не нравится.

Такому субъекту решения принимать легко. Это, вообще говоря, нулевая степень для принятия решений, ему не приходится их принимать...


И тогда наше внимание привлечет человек с достаточно высокой когнитивной сложностью.

Есть масса коррелятов, т.е. свойств, которые сопровождают высокую когнитивную сложность. Какие самые надежные корреляты?

1) Если есть когнитивная сложность, есть одно понятие... это понятие – когнитивный стиль. Это – способ восприятия объекта или ситуации.

И сразу различим. Ведь мы довольно грубо различаем – низкая или высокая когнитивная сложность. Когнитивный стиль – есть два контрастных когнитивных стиля... Один способ именуется глобальный, или, по-другому – в начале словосочетания слово полезависимость от поля. Здесь слово поле надо понимать как окружение, контекст, зависимость от окружения. В одно слово – полезависимый, т.е. зависимый от контекста...

Сначала приведем другой край, а потом какие-то примеры.

Второй край – дифференцированный когнитивный стиль, и в данном случае – независимый от поля – поленезависимый.


Чем отличаются друг от друга? Очень легко диагностировать... Еще в 20-е годы, гештальт-психологи – тест на когнитивный стиль. Поле, контекст – это явно фон, фигура на фоне.

Середина 20-х годов... Этот тест лучше знать, чем не знать, пусть будет еще одна фамилия – тест Ботшильда, который назывался тест скрытых фигур. Нам предлагают целостную фигуру, которая состоит из простых. И надо сосчитать, сколько треугольников, квадратов, прямоугольников...


Но бывают простые вещи... предъявляется и сама целостная фигура и говорится – найдите определенную конкретную форму, или найдите сколько-то фигур на данной целостной.

На этой ситуации выиграет тот, кто выделяет детали объекта, тот, кто не зависит от контекста, тот, у кого более независимый когнитивный стиль.


В популярном журнале: из двух рисунков... найдите заданное количество отличий...

И тогда человек с глобальным стилем не выделит здесь отличий... деталь поглощена фоном, фигура от фона не отделена. А человек с дифференцированным стилем такие отличия выделит. Явно догадываемся: если стиль глобальный, то сложность низкая, иначе – высокая.


Перечисляем далее характеристики индивида с высокой когнитивной сложностью...

2) Более высокая чувствительность...

Когда мы посещаем окулиста, и он показывает кольцо Ландоида... Мы думаем, что измеряют нашу остроту зрения; [но] измеряют еще и характер когнитивного стиля... Более выделен – есть интерес к детали.
Легко повысить. А.В.Запорожец, отец детской психологии,... предлагал поменять инструкцию. Он задавал в инструкции круговой гараж, из которого должен выехать маленький автомобиль. Изменение познавательной установки, и характер когнитивного стиля будет изменяться.
Интерес к деталям... И тогда поставим рядом – лучшее, эффективное решение творческих задач. Почему? Потому что творческие задачи требуют выделения скрытых, латентных признаков ситуации. Все не обратили внимание, а человек с высокой сложностью обратил внимание. Она была скрыта окружением, а он выделил ее.
Добавим личностные познавательные характеристики.

3) У человека с высоким уровнем когнитивной сложности более развита и способность к эмпатии. Т.е. у него дифференцирован сам человек и эмоциональное отношение к нему. Это не одно и то же. Человек с низкой когнитивной сложностью будет объединять. Как относится к человеку..., и свое отношение приписывает как качество самому человеку и к эмпатии способности не будет.


Мы могли бы и далее говорить, что это человек, который, скажем, противостоит авторитарному воспитанию, что особенно когнитивная сложность связана с некоторыми видами деятельности.

Кто-то с интересом почитает [о] межкультурных исследованиях когнитивного стиля – у детей африканцев в племенах, где занимались земледелием, и у детей канадских эскимосов... Казалось бы, как разноцветна Африка, есть богатые возможности для развития перцептивного стиля... Но земледелие... – жесткая последовательность и достигается авторитарным путем. У канадских будущих охотников – очень высокая – названий для снега более десяти (в языке часто отражается). И воспитание не может быть авторитарным – ребенок с малых лет имеет достаточную самостоятельность...


Захвалили человека с высокой когнитивной сложностью. Скажем: именно человек с высокой когнитивной сложностью испытывает трудности с принятием решений – мир разнообразен, разноаспектен, разнороден, и поэтому выбрать – это значит снизить, даже очень резко, когнитивную сложность.

Здесь вновь вспоминается Выготский: когда что-то трудно сделать внутренне, в третьей клеточке выскакивает благодаря третьему средству. С чего начинается волевой поступок? Внешнее средство для принятия решения – бросание жребия. Особенно тогда, где есть равнозначные альтернативы.


Мы сказали о когнитивной сложности, теперь движемся... перечислим еще несколько свойств.

2. Устойчивость познавательной сферы – это наличие ее структуры. Для когнитивно сложных мир разнороден, для человека с устойчивой сферой мир рационально определен. Вы знаете, здесь нужно сыграть на контрастах – если мы будем замерять когнитивную сложность, то рано или поздно будет серьезный исслед[овательский] тупик... Можно остановиться на психической норме, можно задать вопрос так: а у каких людей высокая когнитивная сложность? У актеров!


Но это в рамках психической нормы. А всегда есть соблазн пойти дальше... Как только попадаем туда... – самая высокая когнитивная сложность – у больных шизофренией.

Уже говорил – у больных шизофренией самая высокая оригинальность, дивергентность, они выделяют значительное число ла­т[ент­ных] признаков при сравнении понятий. Но! Сложность высокая, а устойчивости нет, не образуется установки.


Мы знаем, что познавательные установки или соц[иальные] в оценке других людей могут быть излишни. Иногда одного и того же человека – героя и преступника – это действие установок... У больных шизфренией их нет. Но установки все-таки необходимы – обеспечивают устойчивость. И больной, у которого нет устойчивости, познавательные структуры неустойчивы – трудно поставить цель в конкретной ситуации.

Результаты... (эксперимент про свечу; с. 37) ...результаты одинаковы – сложность высока, устойчивости нет.


3. Субъективная значимость персональных конструктов. Это свойство связано со вторым. Ибо если сфера устойчива, структурирована, то и конструкты могут быть более или менее значимы. Значимость – частота его применения. Или, по-другому – факторный вес.
4. Четвертое свойство. Активность персональных конструктов; противоположный полюс – пассивность.

Активность персонального конструкта есть осознанность его применения. Это – осознанность его применения.

И посмотрите, что делает Келли – дает право экспериментатору назвать персональный конструкт. Сам испытуемый своих персональных конструктов может вообще не знать, может считать, что у него так много персональных критериев оценки..., но не осознает связь между ними.
Осознанность конструкта тоже можно выразить. Такие методики именуются – приписывание причин. Осознанность конструкта проявляется в причинно-следственной связи... – тесты на каузальную атрибуцию.

Типичный тест на каузальную атрибуцию приписывания причин. Нам описывают словесно или в виде рисунка какую-то последовательность событий, типовую ситуацию... Нужно назвать его причину. Кто-то совершил оплошность, для детей – разбил чашку – укажите причину.


Рядом со словом «каузальная атрибуция» – словосочетание локус контроля. Локус – это место, локус контроля – в каком месте я контролирую ситуацию.

Локус контроля может быть внешний и внутренний.

На бытовом языке. Если внешний, то я отвечаю на тест, ссылаясь на обстоятельства – жизнь сложна, роковые силы правят миром и т.д. А другой вариант – внутренний локус контроля, когда источником происходящего события человек считает себя.

И если кому-то из нас... есть отрицательные и положительные полюса, эту иллюзию надо оставлять. Каждый человек может принимать тот или иной локус контроля... Предел – принятие ответственности на себя.

Не будем говорить, к каким психогенным последствиям приводит данная ориентация.
5. Пятое свойство, на котором мне хотелось бы остановиться подробно... хотя нужно закончить второй вопрос сегодня... Противоречивость/непротиворечивость познавательной сфе­ры в целом.

О чем здесь идет речь? Если одни конструкты активны, осознаются, а другие нет – в принципе между конструктами могут возникать противоречия. На бытовом языке могут называться муками совести (на бытовом языке), мотивационными конфликтами (за познавательными критериями скрываются мотивы).

А когнитивные психологи сами по себе когнитивно простые люди – подбирают дежурные слова. Американец Фестингер предлагает именовать – когнитивный диссонанс.
Масса его исследований, которые представлены в семинарской литературе... Я сочту своей задачей пометить те факторы, которые влияют как-то на возникновение или нет когнитивного диссонанса.

Его надо еще вызвать. Признаемся, что сейчас... подобного рода эксперименты становятся более и более этически неприемлемы...

Вызвать когнитивный диссонанс – это спровоцировать ложь у испытуемого, спровоцировать его на некоторое неподлинное, несамостоятельное суждение.
Можно – путем группового давления. Предъявить два отрезка, отличных друг от друга по длине. [Затем несколько человек подходят и говорят, что эти два отрезка равны. Затем спрашивают у основного испытуемого, равны ли отрезки. Возможный ответ:]

– Вы меня решили разыграть, отрезки не равны.

Хороший человек, [но] плохой испытуемый.

А другой – всматривается в ситуацию – [решает, что не так посмотрел, отвечает] равны и попадает в диссонанс.


На детях когда-то это проводили – каша сладкая везде, кроме одного... Все отвечают каша сладкая, а ребенок, который сидит у соленой может попасть в когнитивный диссонанс.
Два фактора.

1. Жесткий приказ – самостоятельное (собственное) решение. Это – альтернативы.

Его испытуемые – студенты-медики – как убеждал чтобы солгали – это его дело. Студентам-медикам [дали задание] составить небольшое сообщение о пользе наркотиков и прочесть его подросткам...

Этические детали нас не интересуют.

Двум группам испытуемых это предлагалось, но одним давалось как жесткий приказ – курсанты военно-медицинской академии – а другим предоставлялось выбрать самим. И положим, кто-то такой выбор совершал.
Простой результат – жесткий приказ не вызывает диссонанса. Диссонанс может появиться только при собственном решении. А что значит появляется или нет диссонанс? Их потом спрашивают – так наркотики вредны или нет? Если диссонанса нет – отвечает: «Наркотики вредны». Хотя там этим подросткам они говорили иное. И тогда здесь уравновешивается жестким приказом принятие ответственности на себя.
2. Второй фактор такой – высокая или низкая оплата.

Вот две минуты, и поэтому я решусь на такое, чтобы сформулировать данный эксперимент в виде вопроса – опишу ситуацию, а начну следующую лекцию с маленького опроса – интересно порассуждать о результате.

Эксперимент такой. Слушаем внимательно условие, и потом сам вопрос.

Исходные условия здесь такие – идет объявление о психологическом эксперименте, причем в рекламе этот эксперимент описывается как интересный и увлекательный. Набирается много желающих, входит первая группа, и ей предлагают выполнить в течение 40 минут монотонное неинтересное действие – рисовать кружки... После этого их спрашивают:

– Вам интересно было?

– Нет! Это – монотонное, неинтересное занятие.


[Тогда экспериментаторы обращаются к двум участникам с просьбой сказать желающим попасть в следующую группу о том, что задания были на самом деле интересными, соответствующими рекламе. После соответствующего сообщения] они... получают за это определенную оплату... Каждый не знал, сколько получил другой. Один получил 15 долларов – достойная оплата за помощь экспериментатору, а второй – получил 1 доллар – малая оплата – не на то рассчитывал... Теперь их догоняет помощник экспериментатора [и спрашивает:] «Так задание все-таки было интересным или нет?»

[А теперь – вопрос:] Кто из этих испытуемых испытал когнитивный диссонанс?



13.IV.98/26

Лекция №8

Прошлое занятие было с открытым окончанием. Я рискну, вот нас немного... Я рискну задать вопрос, который мне очень интересен...

Я повторю условие задачки, а потом задам вопрос...
Фактор второй – высокая и... Лучше сказать, большая или малая оплата за ту услугу, которую испытуемый оказал экспериментатору...

Была реклама про интересное, занимательное действо. Реально задание оказалось утомительным. Попросили помочь экспериментатору... Испытуемые солгали и за это получили вознаграждение. В последний момент [их] опрашивают – [так] каким, все-таки, было задание.


Отсутствие диссонанса – это ответ, что задание было монотонным и утомительным, а появление диссонанса также точно как и в первом случае когда было собственно решение и наш испытуемый обдумывал вопрос – «А вдруг наркотики полезны?»

Так и здесь – дает ответ «Задание было таким интересным и увлекательным...»


Кто попал в когнитивной диссонанс – с высокой или низкой активностью?

И будь у нас семинарское занятие, мы бы попросили объяснить. Правы те, кто сказал о низкой оплате. А почему? Пожалуй, вот этот эксперимент и стоило подержать в голове неделю, чтобы самому посомневаться.

Жесткий приказ функционально подобен высокой оплате. Я высокую оплату получил. За ложь? Нет. За помощь экспериментатору. Я ради высоких научных целей сказал то, в чем я убежден в противоположном. И действие для меня действительно завершено. Я выполнил просьбу и получил за нее высокую оплату. И теперь причин для диссонанса, причин для изменения собственной точки зрения у меня нет.
А вот если я получил небольшую оплату – здесь мы идем... за результатом – и себя должен убедить в том, что я все-таки не совсем солгал. Потому что контакт с экспериментатором благодаря этому несчастному доллару... действие продолжается, и я продолжаю искать дополнительные доводы к тому, чтобы подтвердить свою точку зрения.
Добавим сюда всего лишь одно. Мы характеризовали диссонанс негативно. А на самом деле нет одновременно чисто негативных или позитивных черт и состояний. И поэтому состояние диссонанса обязательно имеет и позитивный аспект.

А почему? Потому что диссонанс – это противоречие, а противоречие – источник развития.


Вы знаете, немного устарело то рассуждение, которое я сейчас приведу. Какое-то время назад приводил в более развернутом виде...

Какое-то время назад... лет 10, состояние когнитивного диссонанса вдруг стали переживать... (тут мы имеем в виду не нас самих, а иногда наших отцов и матерей...) ...Лет 10 назад многие люди неизбежно в нашей стране попадали в состояние когнитивного диссонанса, потому что рассказы об их прошлом – рассказы о прекрасном, юном, молодом прошлом стали интенсивно меняться. [И] узнавали новую информацию, которую не могли принять.

Мне кажется, что тот, кто в те далекие времена получал высокую оплату – я не буду это расшифровывать – те люди не впадали ни в какое состояние когнитивного диссонанса. Ах, это было... а так и должно было быть.

И наоборот, мне кажется, у тех людей, может быть, отцов и матерей, которые в то время, скажем на языке Фестингера, получали малую оплату – они и попадали в состояние когнитивного диссонанса – «Ну не могло быть так плохо, как говорят!»


Что скажет о том и другом психотерапевт? Это иногда возникало в радиопередачах, телевизионных интервью. Первые – те, с высокой оплатой – мертвые для личностного развития – они не воспринимали терапию, они остановились в своем развитии. А вторые, несмотря на всю жесткость переживания... те вторые – именно они обнаруживают готовность к психотерпапии. Именно они готовы к част[ичному] пересмотру прежней точки зрения. Готовы к развитию.
В заключение второго вопроса пример. Вы знаете, что на бытовом уровне нужно сделать, чтобы человек мог задуматься; задуматься не о своей жизни вообще, а о своих когнитивных конструктах, о том языке, на котором говорит? Ему надо устроить состояние когнитивного диссонанса! И он будет эффективен.

В сам начале 90-х гг. я разговаривал с молодым человеком на пороге [заведения], где читал лекции (ИПК).

Молодой человек, сам программист по специальности, а судьба забросила его работать в органы Внутренних Дел... Люди разные... Голосовать приходилось чуть не каждые полгода.

И у него на работе, как оказалось, был человек, который все время ворчал, ругался... Начинает ругать гнилую интеллигенцию...


Мы поговорили с этим человеком, который потом его терапевтировал сам удивляясь действенности терапевтических средств.

– Ну и что вы хотите сделать? Побудить человека к личностному росту, позаботиться о его личностном развитии?

– Я не знаю что такое личностный рост и развитие, я хочу чтобы он замолчал.
Молчащий человек – перевести внешний диалог во внутренний – провести интериоризацию. То, что это удалось – дело случая.

Представим себя на месте этого молодого человека.

Вы подходите к этому сотруднику... и он подходит с готовностью ругать. Что вы первое делаете?

Когнитивный диссонанс не надо устраивать нарочно. Его легко обнаружить на тех словах, которые он говорит.

Первое – выявляете конструкт эмоциональной оценки (см. при­мер с супругой; с. 83). Говорите:

– Какая интеллигенция? Хорошая или плохая?

– Конечно плохая, кому она может нравиться?

Гештальт-терапевт – найти антипода.

– А кто нравится?

Это – реальный ответ ворчуна из милиции:

– Рабочий класс нравится, рабочий класс хороший. Это вы все запутали...

И этот человек будет довольно долго говорить. А вы при этом ему напоминаете:

– Так какая все-таки интеллигенция?.. Что-то было перед этим... такое прилагательное.

Гнилая, что ли?

– А рабочий класс какой?

Человек замолчал. Ему пришла на ум антиномия – свежий. И теперь ему очень трудно произнести даже мысленно – хороший, свежий рабочий класс. Вы сделали то, к чему стоило подтолкнуть. Ему стоило обнаружить противоречие языка, на котором он выражал свои проблемы.

Проникли вглубь проблем? Нет. Побудили задуматься над языком? Да. Спровоцировали внутренний эмоциональный конфликт.
Второй вопрос был посвящен третьему квадрату... Мы говорили о внутренних категориях...

Третий вопрос посвящен тому, когда этот когнитивно сложный субъект попадает в трудный мир, сталкивается с внешней конфликтной ситуацией


3. Волевая регуляция как преобразование конфликтных ситуаций


Наш субъект вошел в трудный мир.

Рано ли, поздно... если мир трудный, ситуация конфликтная, задача творческая, то рано или поздно придем за ответом к гештальт-психологам и гештальт-терапевтам. Но наш путь начнется не с них.

Начнем с материала обязательного, который есть в семинарском сборнике.
I. Пусть первый автор будет С.Л.Рубинштейн – единственный автор в отечественной психологической классике, который упоминал о воле.

Другой современный автор, в свое время при Леонтьеве зам. декана факультета психологии, а ныне – профессор кафедры психологии личности – В.А.Иванников.

У них много общего, но мы остановимся на Рубинштейне.

Он рассматривает стадии волевого процесса.


Волевой процесс – термин Вундта. Рубинштейн, учившийся в Германии, продолжает разворачивать вундтовскую точку зрения. Но у Вундта волевой процесс – задержанный объективный.

А у нас – есть 4 стадии волевого процесса.

1. Возникновение побуждения и предварительная постановка цели.

Заметим отличие Рубинштейна от Вундта. Если Вундт сразу говорит о том, что мотивы волевого процесса сущ[ествуют], то здесь эта мотивационная стадия развертывается и первая часть, произнесенная сейчас, является предварительной, подготовительной – предварительная постановка цели. Добавим Леонтьева: цель – осознана, а мотив – нет.

2. Предварительно цель поставлена? Да, это так может быть. Но побуждение само может еще быть не осознанным до конца, поэтому возникает вторая стадия, которую мы затем будем рассматривать на нескольких авторах. Если угодно, это – конфликтная стадия – обсуждение и борьба мотивов, стадия мотивационного конфликта.

Хотя почему мы начали с Рубинштейна? Потому что эти стадии у Рубинштейна, они не раскрываются содержательно. Это стадии, которые в принципе относятся еще к тому моменту, когда действие не началось...

Мотивационный конфликт.

3. Стадия три именуется у Рубинштейна – выбор решения или выбор цели из намеченных возможных стерео... альтернатив.

4. Четвертая стадия переводит... – исполнение, сам поступок.

Вот в чем у Рубинштейна новизна здесь. Исполнение или поступок. Т.е. выполнение поступка, подчиненного цели, и контроль за исполнением принятого решения.


Вы знаете, вот этот переход – решение–исполнение и заинтересует нас прежде всего. Рубинштейн – автор учебника – описал стадии, зафиксировал поле, но четких ответов на вопрос «Как происходит стадия?» Рубинштейн едва ли дает.
II. Следующим автором является Уильям Джемс. Переход [от] решения к исполнению интересует нас, и мы говорим... Мы говорим о Джемсе уже не в том смысле, что волевой поступок – это состредоточе[ние] внимания – мы зафиксировали переход от решения к исполнению...

Джемс предлагает пять вариантов ответа на этот вопрос. Пять вариантов решимости по Джемсу.

Что делает Джемс, описывая каждый из этих пяти типов? Замечаем попутно, что он рассматривает одновременно как внешние обстоятельства, так и внутреннюю работу субъекта. Точнее, можно сказать так, что он включает внешние обстоятельства (он включает трудный мир) в свое обсуждение. Субъект принял какое-то решение и тогда начинается собственно работа.

1. Первый тип решимости... очень удобен, чтобы нам с вами перейти на языке записанной нами схемы из легкого мира в трудный.

Он говорит, что здесь препятствие на пути достижения цели устраняется случайно, устраняется как бы само собой. На то он и первый, самый легкий тип решимости – в результате стечения обстоятельств.

Что требуется от субъекта? Требуется от субъекта – заметить это устранение. А заметить – значит, обратить внимание. Вовремя заметить случайное стечение обстоятельств, которое связано с устранением препятствий.


2. Тип второй. Я поменял немножко очередность, в какой мы встречаем их у Джемса. Первый – как бы нулевая точка – препятствие устраняется само.

А здесь – тоже идеальная ситуация, но с точки зрения субъекта. Второй тип буден назван – разумное решение. Здесь конечный результат полностью зависит от субъекта...

Раз решимость... По Джемсу – прояснение концепта ситуации, прояснение понимания ситуации. Осознание выбранного способа поведения как адекватного данному случаю.

Знаете, что это напоминает, что может нам напомнить?..

Помните, в эксперименте Дембо [испытуемый] никак не мог преодолеть барьер... У нас там было словечко рационализация, когда он обосновывал неудачу. Но в этом случае Джемс предполагает рационализацию в позитивном смысле. Осмысление ситуации, прояснение ее понимания. Такое разъяснение – может быть только рациональное, связанное с мышлением.

Первый вариант – объективное или субъективное устранение препятствия.


3. Отчасти сходен с первым, приближается ко второму. Его Джемс называет – избегание нерешительности. Т.е. смотрите, вариант состоит в том, что наш испытуемый, шире – субъект, шире – любой человек в обыденной жизни на время как бы не замечает препятствия. Препятствие не исчезло, но я от него субъективно отвлекся. Это позволяет продолжить действие. Что это напоминает? Немножко напоминает Блёйлера, автора термина аутистическое мышление.

Такой рациональный аутизм – уйти от части ситуации для того, чтобы продолжить действие. Если же препятствие окажется непреодолимым, то потом к нему можно вернуться.

Это избегание нерешительности – «сначала подеремся, потом разберемся» (Наполеон). Сначала совершение действия, потом осознание последствий.
4. Четвертый тип решимости. Здесь скажу, между прочим, что этот вариант основной для Иванникова. Для него волевая регуляция состоит именно в этом.

Четвертый вариант нам известен. Леонтьев разделял мотивы на только знаемые и реально действующие. Только понимаемые и реал действующие...

Джемс: Я знаю о том, как я должен поступить. Но реально не выполняю этого действия. Это называется, мотиву не [хватает] достаточной силы. И для того и нужен собственно акт воли. Акт воли именно здесь у Джемса, в четвертом типе решимости возникает как акт переосмысления ситуации; переосмысления, преобразования ситуации. Необходимо придать мотиву преоблад[ающее] значение, дополнительную побудительную силу.
Коль упомянули об Иванникове, вспомним о том, что было раньше – преобразование ситуации, переструктурирование ситуации...

У Мануйленко в эксперименте дошкольники стояли по стойке «смир­но» – вот типичный пример преобразования ситуации – мотиву придали определенный смысл.


5. Пятый тип решимости – исключительно важный для самого Джемса. Сам Джемс в течение жизни пережил целый ряд кризисов, не то чтобы конфликтных, а, можно сказать, проблемных ситуаций, связанных с его убеждениями, не только научными, но и религиозными.

Пятый тип. Если препятствие оказывается непреодолимым, то нужно, как мы уже однажды говорили – обратиться к основанию принятого решения. Это может означать, что принимая решение человек просто сделал неверный выбор и сам создал это препятствие.

Обращение к внутренним побуждениям. Этот последний в наш перечислении тип решимости может называться уже внутренним переструктурированием – переструктурированием мотивов, переоценкой ценностей, переструктурированием основы для поступка.
Конкретно рассматриваются, между прочим, после Джемса именно четвертый и пятый вариант, не обязательно в такой последовательности. В четвертом и пятом вариантах есть слова переструктурирование ситуации или переструктурирование мотивационной схемы.
Наступает пора перейти к таким конфликтам, мотивационным, которые описывают нам гештальт-психологи.
III. Следующим автором, которого мы коснемся, будет Курт Левин.

Такой довольно резкий переход от Джемса к Левину обоснован тем, что Левин... рассматривает конфликт в настоящем времени, в актуальном времени. Он рассматривает (когда будете читать Левина, учтите – он рассматривает конфликтную ситуацию в смысле актуальную, имеющую место сейчас)...


Мы помним основные понятия Левина. Хотя бы коротко их нужно упомянуть.

Левин – исследователь ситуативной мотивации. Мы постепенно приближаемся к самóй сит[уации] конфл[икта]. В какой-то момент нам, вслед за Левином, станет все равно – с чего начался, что породило...

Левин: любой конфликт как напряжение возникает в настоящем мотивационном поле. А напряжение в мотивационном поле – это особенность любой гештальт-концепции. Напряжения создаются в мотивационном поле взаимодействия субъекта с объектом.
Джемс как рассуждает? Либо сам конфликт и препятствия на полюсе объекта или субъекта. А Левин: надо выбрать за единицу изучения взаимодействие одного с другим...

Усугубим: нет конфликта в ситуации как таковой. Простите, конфликтные ситуации подобны творческим задачам. Возьмите любую головоломку. Разве конфликт – особенность головоломок? Если знать решение – никакого конфликта нет. Конфликт тогда, когда не знающий задачи испытуемый начинает ее решать. Это не просто мотивационный, но еще и познавательный конфликт, как в диссонансе.


Напряженность на двух полюсах:

1. [На полюсе] субъекта. На этом полюсе квазипотребность – это готовность закончить начатое действие, выраженное в намерении... У субъекта оно есть, прекрасно.

2. А на полюсе объекта? А [на полюсе объекта] располагается валентность. Валентность – это требовательный характер объекта.

И что порождает конфликт? Соотношение намерения с валентностью. Почему? Потому что если намерение есть, то валентность – наверное, это очевидно – будет положительной или отрицательной.


Теперь мы получаем... ориентиры чтобы рассмотреть собственно конфликт. Не конфликт как что-то внутреннее. Внутренний конфликт – это когнитивный диссонанс. И не конфликт как что-то внешнее, содержащееся в ситуации, а конфликт как взаимодействие одного с другим.
Лев выделяет три основных типа...:

1. Первый тип – это конфликт между двумя положительными валентностями. Казалось бы, какой замечательный. А на самом деле – тяжелый, именно в бытовом смысле. Конфликт в смысле – положительный/положительный – две охапки сена, которые имеют одинаковую положительную валентность.

Это конечно, не осёл... Это – нерешительный человек. Ему [на­до] избежать нерешительность и закрыть один глаз, убрать часть ситуации.

Стремление/стремление. Если эти валентности обе положительны и равнозначны, то, по сути, единственное в бытовом смысле... средство выбора – это жребий.
Вот здесь и работают те факторы, которые именуют случайностями. Им[енно] они и нужн[ы для того, чтобы] намерение... б[ы­ло] выполнено. Здесь нет проблемы выполнения, достижения. Здесь есть избыт[ок] в достижении, который надо снять.
Это – первый тип конфликта – стремление/стремление, которое снимается, ну, скажем, внешним средством, жребием.
2. Это будет противоречие между двумя негативными валентностями – избегание/избегание.

Практические примеры. Ученик выполняет скучный урок под угрозой наказания...


Тогда заметим следующее. Что значит выход из конфликта как волевая регуляция? Выход из конфликта – это продолжение действия с определенным намерением и какой-то отрицательной валентностью.
Какой здесь предлагается выход? Усиление внешнего барьера! Грубо говоря – чтобы урок выполнялся, скажем на языке Левина – чтобы ситуация была принятой, чтобы квазипотребность сохранялась, нужно усилить, укрепить; на схемах Левина в учебнике Хекхаузена – утолщить, нарастить внешний барьер, который обеспечивает принятие одной из ситуаций.

Пусть урок скучен, но он будет продолжать выполняться если усилить угрозу.

Ситуация преодолима, и опять с помощью внешних факторов. Кто-то помог увеличить угрозу....
3. И наступает третий тип конфликта, на котором Левин останавливается особо, потому что в этом конфликте есть определенная динамика.

Третий вариант будет такой – конфликт между положительной и отрицательной валентностью. Один и тот же объект должен [обладать] положительной и отрицательной валентностью... Считать свои выгоды в любой ситуации – всегда в некоторой ситуации есть позитивное и негативное.

Левина это интересует, хотя он берет чисто практическую ситуацию.

Слова – воля, валентность – слова берутся Левином из физико-химического словаря... Напряжение мотивационное сродни физическому, которое имеет определенную динамику.


Тип ситуаций, которые имеет в виду Левин... – такая практическая ситуация – ребенок уронил в реку мячик..., крутой берег реки. Мяч привлекателен – позитивная валентность. Мяч в воде – негативная валентность – надо войти в воду, а может быть глубоко.

Вот ситуация, которую рассматривает Левин. И тогда что он делает?..



Он пытается уподобить наше поведение поведению физического объекта, и даже пытается зарисовать график этого движения. На этом графике ось x – расстояние до цели – мяча в реке. С приближением к нулю расстояние будет уменьшаться – ребенок идет к воде. А на оси y поместим силу валентности. А валентности... – положительная и отрицательная.

Левин: И обе валентности усиливаются с приближением к цели. Чем ближе цель – тем сильнее валентность.

Все замечательно, но не все так просто. Положительная валентность возрастает постепенно, но с достаточно плавной динамикой, нерезко; чего нельзя сказать о валентности отрицательной.


Левин постоянно проверял свои конструкты бытовыми ситуациями... Отрицательная валентность с приближением к объекту будет возрастать, но резче. Что делает ребенок? Подходит к мячу – позитивная валентность больше. Переступает пункт... и возвращается назад. В конце концов должен остановиться в этой точке.

Ребенок – существо энергичное – он будет ходить, но около этой точки. Эта точка – пункт нерешительности, пункт конфликта.


А теперь стоит пойти дальше – скажу об одном своем сожалении. Я не могу именно сейчас перейти... ([хочу,] но не позволяет название раздела) в исследование творческого мышления. Потому что гештальт-психологи далее рассматривают саму задачу.

О мышлении не будем говорить, а вывод могу представить и сейчас. Вывод (гештальт-психологи мышления): в самóм конфликте содержится направленность к его устранению.

Но тут ситуации должны быть посложнее чем те, которые рассматривает Левин.
IV. И мы [...] рассмотрим пять уровней развития личности или пять уровней возможных неврозов. Это содержится в одной... – как невроз, так и уровни развития личности, выделяемые гештальт-терапией. Их выделяет Фриц Перлз.

Чем интересен Перлз? Тем, что он ассимилировал в своей практике и достижения исследования мотивации, и левиновские, и исследования творческого мышления, которые я вынужден был опустить.

1. Первый уровень – уровень социальных штампов или социальных клише.

Где конфликты могут возникать? Даже в стереотипных ситуациях.

Молодой человек входит в жизнь, будущий бизнесмен... – даже типовая ситуация может быть конфликтной. Что следует отработать? Стереотипы поведения. Пример – книга Карнеги «Как завоевать доверие людей».
Столин впервые в 80-х годах побывал в Америке. Он приезжает в Америку, начинает произносить имя Карнеги – никто не понимает, в чем дело, его просто не знают. [Но] он все-таки нашел... очень редкого [человека –]... историка психологии – человека, который его чуть не обнял...: «Я так и знал, что есть страна, где знают нашу классику!» Карнеги – это 1938 год!
Это – первый уровень по Перлзу, и за ним пойдет следующий.

2. Уровень социальных игр. Здесь нам не достанет тех правил, которые даются на уровне штампов – жми руку, улыбайся,...

Игра применя[ется] в нестандартной ситуации. Здесь само поведение стереотипным не является. Типовой автор здесь – это, конечно Э.Берн – «Игры, в которые играют люди».
3. Нам интересен третий уровень по Перлзу. Это – уровень тупика. Красивое название. Перлз не собирался становиться теоретиком. Все это он написал в одном абзаце книжки – «Внутри и вне помойного ведра».

Тупик, который имеет... обратите на него внимание – имеет позитивный и негативный вариант.



Негативный вариант тупика. В негативном смысле тупик – это барьер. А барьер есть источник фрустрации. Воспринимаем тупик как барьер, как повод для фрустрации. Простите, произнесу такую фразу... не пересказ[ывайте] ее другим, на экзамене не надо – аффект разрушает интеллект.

Некоторые любят принцип Выготского – единство аффекта и интеллекта... А единство аффекта и интеллекта у Выготского в свое время пояснялось на людях с патологией – на больных детях!


Фрустрация – это еще и барьер к разрешению ситуации. Фрустрация не может помочь выйти из этого пункта нерешительности...

Но и у тупика есть свой позитивный аспект. Это – отказ от социальных игр. Понимаем так как хотим, но повторяем вслед за Перлзом: если человек рвет на себе волосы – он еще не отказался от социальных игр – все норовит обернуться назад – не поможет ли мне какая другая социальная игра, не поможет ли прошлое?

А творческая задача не решается с опорой на прошлое.

Левин: Ситуация должна быть настоящей.

Перлз: Чтобы принять ситуацию как таковую, надо отказаться от социальных игр.
Вы знаете, я приберег на окончание сегодняшней лекции и темы в целом такой немножко заб[ытый (???)] пример, потому что пока мы можем обойтись только этим примером. Но сейчас [мы] его пропустим и назовем четвертый и пятый уровни.
Предположим, что человек каким-то образом вышел из тупика.

4. Четвертый уровень – внутренний взрыв... Чем выше уровень, тем различнее терминология.

Взрыв внутренний. А каким был один из типов решимости по Джемсу? Переоценка ценностей.

Внутренний взрыв – это переструктурирование мотивов.

Структура мотивов – ядро личности. Как Гамлет говорит о том, чтобы мы обратили глаза... в душу.

Перлз: Посмотрел внутрь, и что-то в себе переосмыслил, поменял местами.


5. Произошел внешний взрыв – переструктурирование ситуации по Джемсу.

Внешний взрыв... Был тупик, а на пятом уровне нет никакого тупика. Достаточно было... Лучше сказать – было необходимо изменить свою мотивационную сферу и взгляд на ситуацию...


Вот наконец настала пора рассказать эту историю в полном объеме. Там будет и игра, и тупик, а история известна очень многим.

Она часто приводится как игра, как головоломка, когда нужно поставить себя на место другого.

Там в тупике, где рассматривается настоящая ситуация... Любая ситуация имеет фигуру и фон. Тупик, барьер, источник фрустрации – это фигура. А решение находится в фоне.

У нас получится действительно головоломка, хотя и поучительная – «О богатом царе и девушке, которая попадает к нему в плен».


Царь принуждает девушку выйти за него замуж, а она этого не хочет, и тогда царь, как говорит нам притча, прибегает к внешнему средству принятия решения – жребию.
Когда говорим о гештальт-терапии, полезно представить ситуацию как можно более конкретную.

Перемещаем себя в летний парк далеко на юге. Гуляем по дорожкам, которые усыпаны галькой. Есть камешки черные и белые.

Договоримся о том, что кладут в кор[зинку] белый и черный камень, и [если] девушка наугад вытаскивает белый – [она] свободна, а если черный – [должна] выйти замуж.

Девушка замечает, что царь кладет в корзину два черных камня.


Самая интересная фигура в притче – это, конечно, царь. Платон учил: В жизни соблюдай моральные правила, не будь подлец; в мышлении – логи[ку, не будь] глупец. Это – хитрец, глупец и подлец одновременно.

Этот милый человек – хитрец.


Теперь посмотрим на позицию девушки. Во-первых, ситуация тупиковая или нет? Это зависит от девушки. Она может превратить ее в игровую... Она может начать спорить с царем, может работать на втором уровне по Перлзу: «[Ты] схитрил, давай положим, как надо».

[При этом] царю может надоесть упрямая девушка, и [он] может прекратить [эти] демократические игры...

Девушка в играх не участвует, принимает уровень тупика.
Были сказаны слова: фигура и фон. Девушка принимает настоящую ситуацию как таковую. Камень в руке – это фигура. Каким бы ни оказался камень в руке, результат неизбежен – рабство и нежелательная женитьба. Это – фигура.

Девушка конечно ходила на прием к гештальт-терапевту!..

Что надо делать с фигурой? Выбросить! Берет наугад [камень из корзинки] и бросает [его] на дорогу.

Царь спрашивает:

– Какой был камень?

– Не знаю. Но надо посмотреть на тот, который остался.


Надо посмотреть на фон... Вот почему царь – хитрец. Потому что он устроил своему партнеру беспроигрышную ситуацию. Хотел тупиковую, а решение содержалось в фоне.

И теперь, наверное, так... Наверное, уже царю надо идти к гештальт-терапевту...


А мы запишем название двенадцатой темы и на сегодня закончим...

ч. 1 ... ч. 2 ч. 3 ч. 4 ч. 5 ч. 6 ... ч. 8 ч. 9